«ЧАРОДЕЙКА» П.И.ЧАЙКОВСКОГО В ЛАБИРИНТЕ СЦЕНИЧЕСКИХ ЗАГАДОК И НЕЛЕПОСТЕЙ
21/03/2019 – Виктор Игнатов
15 – 31 марта 2019, Opéra de Lyon

В Лионской опере впервые во Франции появилась «Чародейка» – вершинное творение Чайковского. Постановку осуществил украинский режиссер Андрей Жолдак, он же автор впечатляющей сценографии. Режиссер осовременил оперное действие, заменил православие на католичество, убрал народ и массовые сцены, но заполонил спектакль странными мизансценами, не имеющими связи ни с драматургией, ни с музыкой «Чародейки». В итоге представление выглядит эклектично и проистекает хаотично. Достоинство спектакля – его видео-оформление и исполнение. Триумфатором премьеры стала сопрано Ольга Гусева. Сверкая дивным вокалом и артистизмом, она ярко воплотила центральный образ Настасьи. Оркестр под управлением Даниэле Рустиони звучал достойно, но недостаточно рельефно.

«Чародейка»

4-актная опера П.И.Чайковского написана на либретто И.В.Шпажинского по его одноименной трагедии. Несмотря на сокращение числа актов пьесы и отсечение побочных сюжетных линий, либретто всё-таки было перегружено внешним действием и не имело внутренней связи, что затрудняло работу композитора. Благодаря его усилиям, в опере удалось возвысить народное начало: Чайковский настоял на введении во второй акт самостоятельной народной сцены, которая отсутствовала в пьесе. Расширилась роль народа и в четвёртом акте. Преодолев ходульность либретто, «Чародейка» по музыке стала одной из вершин в творчестве Чайковского. По широте и глубине воплощения русской жизни и национального характера эта опера стоит в одном ряду с музыкальными драмами М.П.Мусоргского. Премьера «Чародейки» состоялась 20 октября 1887 года в Мариинском театре под управлением автора. Однако из за своей громоздкости опера была показана только 12 раз и в репертуаре не удержалась, чем композитор, очень любивший это произведение, был крайне расстроен. Прекрасное сочинение Чайковского получило достойную оценку лишь в ХХ веке. Безграничное богатство гениальной партитуры, её лирику и драматизм удалось раскрыть в полной мере Валерию Гергиеву. Под его музыкальным управлением премьера «Чародейки» прошла в Мариинском театре 29 июня 2003 года.

Действие оперы

Сценография первой части спектакля

Сценография первой части спектакля

События разворачиваются в Нижнем Новгороде и его окрестностях в последней четверти XV века. Хозяйка заезжего двора Настасья, прозванная Кумой, любит Юрия – сына сурового князя Курлятева, новгородского наместника. Простой люд не чает души в Настасье, но её ненавидит старый дьяк Мамыров. Он приводит к Настасье князя, чтобы тот уничтожил «гнездо разврата». Однако Курлятев влюбляется в Куму и заставляет Мамырова плясать в угоду хозяйке. Дьяк решает отомстить унизившему его князю и Настасье: он сообщает княгине Евпраксии о том, что её муж часто бывает в избе Кумы. Княжич Юрий, узнав о горе матери, решает убить Куму. Настасья, несмотря на угрозы князя, отвергает его. Юрий, покорённый красотой Настасьи, влюбляется в неё. Они сговариваются о побеге. Но княгиня решает извести Настасью, отнявшую у неё мужа и сына. В одежде странницы она подстерегает Куму в лесу и отравляет её ядом, полученным у колдуна. Князь убивает соперника-сына и сходит с ума. Эффектная мелодрама предстает на ярком, красочном фоне. Народ сопровождает персонажей на всём протяжении действия. Его любовь к Куме и ненависть к ней Мамырова оттеняют образ самой Настасьи. Простые люди защищают свою любимицу, предупреждая её об опасности, а затем оплакивают её.

Французская премьера «Чародейки»

Седьмая опера Чайковского ещё никогда не шла во Франции. Сейчас она появилось благодаря Сержу Дорни – генеральному директору Лионской национальной оперы. Много лет тому назад он увидел и услышал «Чародейку» в Мариинском театре, дирижировал Гергиев. Опера произвела на Дорни столь сильное впечатление, что он стал мечтать о её постановке во Франции. И вот теперь эта давняя мечта сбылась: в Лионской опере состоялась французская премьера «Чародейки».

Настасья (Е.Гусева) и княжич (М.Агадзапян) в харчевне

Настасья (Е.Гусева) и княжич (М.Агадзапян) в харчевне

Для осуществления своей мечты Дорни выбрал украинского режиссера Андрея Жолдака, и неслучайно. В 2014 году в Москве он получил «Золотую маску», высшую театральную премию России, за постановку «Евгения Онегина» Чайковского на сцене Михайловского театра в Санкт-Петербурге. В прошлом году Жолдак поставил на той же сцене «Иоланта» Чайковского. Теперь режиссера пригласили в Лион на первую во Франции постановку «Чародейки», и это высокое доверие было вполне оправданным. Родившийся в Киеве в 1962 году, Жолдак получил первое режиссерское образование в Киевском институте искусств (1986). В 1989 году в Москве окончил ГИТИС (курс Анатолия Васильева), в 2002-2005 годы был худруком Харьковского драматического театра. С 2005 года живет в Берлине и работает как независимый режиссер. Жолдак создал множество драматических и 5 оперных спектаклей. Этот опыт (с одной стороны, – большой, а с другой стороны, – малый) в полной мере проявился в сценической версии «Чародейки».
При работе над этим спектаклем Жолдак был не только режиссером, но и автором декораций и освещения. Вместе со своим племянником Даниэлем Жолдак режиссер придумал интересную сценографию, состоящую из четырех независимых и подвижных блоков. Каждый из них периодически доминировал за счёт его выдвижения в центр сцены или благодаря затемнению других блоков. Справа была деревенская харчевня Настасьи, слева – её городская спальня, а в центре – католическая часовня.

Драка в харчевне

Драка в харчевне

Во второй части спектакля справа находилась модерновая столовая княжеской семьи, которая на время слилась со спальней Настасьи. Несмотря на впечатляющие развороты блоков, к сожалению, из за резких различий в их эстетике сценография выглядела эклектично. Затейливо и тщательно выстроенные мизансцены, часто проходящие одновременно в разных блоках, способствовали динамичному развитию оперного действия и позволили исключить досадные паузы между сценическими картинами. Важную роль в оформлении спектакля играет видео; его искусно составил француз Этьенн Гюйоль. Крупные планы персонажей проектируют вначале на фронтоне харчевни, затем на небольших фрагментах занавеса, периодически выдвигаемого из кулис то справа, то слева. Особенно сильное впечатление производит прямая трансляция видео-портретов, которые появляются благодаря филигранной работе телеоператора, находящегося на сцене среди персонажей. Сценические костюмы грузинского художника Симона Мачабели, активно работающего для кино и театра, полностью соответствовали современной трактовке «Чародейки» и характеру каждого её персонажа. Нужно сказать, что С.Мачабели уже сотрудничал с режиссером при постановке «Иоланты», а Д.Жолдак – даже двух опер Чайковского. Это обстоятельство весьма положительно сказалось на качестве оформления спектакля. Несмотря на отмеченные достоинства, сценическая версия оперы имеет три серьёзных недостатка. Прежде всего это утрата народности. «Чародейка» представляет собой своеобразный сплав жанровых разновидностей оперы: решенная в основном как лирико-психологическая драма, она содержит развёрнутые народно-бытовые массовые сцены. Музыка пронизана народным мелосом. Однако не зная, что делать с народом, режиссер исключил его из оперного действия. Хор, олицетворяющий народ, поёт, находясь в оркестровой яме или в кулисах. Вопреки стремлению Чайковского к усилению народности оперы, режиссер убрал из неё массовые сцены. В итоге это не только обеднило оперное действие, но и существенно сузило масштаб произведения, свело его до уровня камерной мелодрамы.

Настасья (Е.Гусева) в своей спальне

Настасья (Е.Гусева) в своей спальне

Важным недостатком постановки является также то, что русское православие, составляющее драматургическую основу «Чародейки», почему-то заменено, возможно в угоду французской публики, на европейский католицизм. Эта роковая ошибка жестоко изуродовала оперу Чайковского: вместе с русским православием она потеряла свою уникальную духовность. Теперь на сцене царствует суровый католицизм, и его символом является готическая часовня с огромным распятием Иисуса. В этой часовне режиссер разворачивает множество безмолвных мизансцен. Дьяк Мамыров, теперь одетый на манер католического священника, периодически проводит здесь странные манипуляции с изваянием Иисуса. Вначале его огромная скульптура возвышается у стены, на которой время от времени загорается мозаика электрических лампочек. Затем она как бы парит, возлегая на спинках стульев. Далее Иисус покоится, лёжа на столе, а его голова иногда светится. В загадочных манипуляциях да ещё и со световыми эффектами режиссер достигает театральной зрелищности, которую, вероятно, было труднее придумать, если часовня была бы православной, и в ней находись бы только иконы.
Третья важная особенность спектакля, а также его серьёзный недостаток – непрерывный и хаотический поток всевозможных пластических миниатюр, разыгрываемых параллельно с основным действием и придуманных для развлечения публики.

 - Настасья (Е.Гусева) и князь (Э.Абдулла) в столовой

– Настасья (Е.Гусева) и князь (Э.Абдулла) в столовой

Это, скажем, шпионские блуждания Мамырова в маске виртуальной реальности, которая позволяет ему вести слежку за людьми; его многочисленные мерзости, например, он писает в горшок и наливает мочу в бокал князя, а также жуткое сумасбродство и фанатичная стрельба из пистолета, как в гангстерских фильмах. В одной из сцен дьяк превращается в дьявола – у него вырастает хвост, но вскоре его обрубают; официантка забирает этот хвост, и любовно его расчесывает. Бродяга Паисий раздевается до розовых плавок, намыливает тело пеной и старательно бреет его, затем подмывается у рукомойника и любуется своей наготой, глядя в зеркало; потом он делает комплекс упражнений балетной классики. Один из персонажей натирает водкой свой голый торс и стопу, а ноги двух постояльцев харчевни почему-то превращаются в мохнатые конечности с копытами. Княжич Юрий впервые входит в спальню Настасьи не через дверь, снабженную огромным затворным колесом наподобие сейфа, а из платьевого шкафа. Причем герой предстает как индийский падишах: он в белом шикарном костюме и в чалме. Однако в семейной столовой Юрий со смешным бантиком на груди бегает в коротких штанишках и забавляется, как ребенок, то игрушечным медвежонком, то мячиком. Однако он даёт звонкую пощёчину официанту и устраивает массовые расстрелы из пистолета. В доме князя Настасья появляется как приведение и, широко открыв рот, злобно шипит, словно лютая змея; в то же сцене колдун Кудьма снимает штаны, а княгиня задирает юбку перед началом пения в дуэте. Во многих мизансценах участвуют две жестокие девочки: похожие на самураев, они периодически убивают людей то пистолетами, то саблей и кинжалом, демонстративно стирая с них кровь. Неожиданно завершается зарисовка с застенчивым лицеистом: выбрав себе партнершу, подругу Настасьи, он раздевается и ложится с ней в пастель для сексуального дебюта или стажа. Школьника превзошла официантка: в доме князя она не только подаёт угощения, но и ползает по полу на животе, как гусеница, а затем увлеченно занимается фелляцией, ублажая Паисия. В часовне, уложив официантку на пол, школьник исполняет с ней сексуальный акт, а потом шлёпает её по заднице…
Перечислять эти сценические нелепости можно ещё очень долго, потому что режиссер придумал их бесконечно много. Пластические зарисовки, порой содержащие элементы мистики и сюрреализма, сделали представление необычайно динамичным и даже фееричным, но при этом оно потеряло свою силу, цельность и сущность. Режиссер выстроил сценический лабиринт и хаос, не имеющие связи ни с драматургией, ни с музыкой оперы Чайковского. Спрашивается – зачем же превращать прекрасное произведение в базарное шоу? Видимо, из за отсутствия постановочных идей и решений достойных масштаба «Чародейки».

Сценография третьего акта

Сценография третьего акта

В погоне за театральностью и зрелищностью режиссер чрезмерно наполнил спектакль сценическими курьёзами и символами, что также пагубно сказалось на вокальной и музыкальной стороне спектакля. Однако в оперном жанре эти аспекты являются наиболее значимыми. Из за обилия пластических миниатюр вокал и музыка оказались как бы на втором плане, что явно противоречит канонам и традициям оперного искусства. Бунтарское стремление режиссера их преодолеть и даже разрушить привело к сценическому нагромождению и бестолковой мешанине, что жестоко искалечило «Чародейку». В итоге спектакль оказался рыхлым и сумбурным, несмотря на то, что драматургия оперы достигает уровня великих трагедий Шекспира.

Исполнительские аспекты

Представление оперы, содержащей 23 сцены, идёт с одним антрактом и длится 3 часа 50 минут. Однако время течёт достаточно быстро. Тому способствует кинематографический стиль постановки и великолепная интерпретация центральных образов. Среди 15-и солистов разных национальностей половину составили русские артисты. Женский состав исполнителей оказался более впечатляющим, чем мужской. Особенно ярко сверкала своим вокальным и сценическим мастерством сопрано Елена Гусева – талантливая солистка Московского музыкального театра имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко. Молодая и обаятельная певица превосходно воплотила сложный и магический образ Настасьи. Достойно и убедительно исполнила роль властной и суровой княгини меццо-сопрано Ксения Вязникова – высокопрофессиональная выпускница Московской консерватории имени П.И.Чайковского и Венской академии музыки и сценического искусства.

Настасья (Е.Гусева) и князь (Э.Абдулла)

Настасья (Е.Гусева) и князь (Э.Абдулла)

Чайковский, создавая образ Настасьи, раскрыл духовное богатство её недюжинной натуры. Композитор дал подробное описание своей любимой героине: «Дело в том, что в глубине души этой гулящей бабы есть нравственная сила и красота, которой… негде было высказаться. Она сильная женская натура, умеющая полюбить только раз навсегда и в жертву этой любви отдать всё. Княгиня у меня будет тоже в своём роде сильной натурой. Если вы поняли этот характер только как тип ревнивой влюбленной старухи, то, значит, эта роль была скверно исполнена. Она ревнива не к личности князя, а к своему княжескому достоинству. Она, одним словом, бешенная аристократка, помешанная на соблюдении чести рода и готова отдать ради неё жизнь и идти на преступление».
«Чародейка» – произведение очень своеобразное, ставящее перед артистами большие и специфические задачи, особенно в передаче речитативов. Не все исполнители справились со своей задачей. Среди солистов большое впечатление производит польский бас Пётр Месински. Он хорошо поёт и виртуозно играет сложнейшую роль дьяка Мамырова. Опытный артист, который участвовал уже в шести спектаклях Лионской оперы, широко и полноценно проявляет своё драматическое дарование. В его исполнении образ изувера и мракобеса приобрёл демоническую силу. Интересно и успешно воплотили образы князя и княжича, соответственно, азербайджанский баритон Эвез Абдулла и армянский тенор Мигран Агадзапян. Оба артиста замечательно играли свои роли, но вокальная интерпретация их партий не всегда была на должном уровне. В частности, Агадзапян порой излишне форсировал высокие ноты, а пению Абдуллы не хватало экспрессии.

Дьяк Мамыров (П.Месински) в часовне

Дьяк Мамыров (П.Месински) в часовне

При исполнении «Чародейки» необычайно велика роль оркестра. Интродукция, открывающая оперу, вводит в мир русских образов, раздольной русской природы, необъятной волжской шири. Основу первого акта составляют народные сцены, широко выписанные, разнообразные и динамичные. Дуэт Настасьи и её подруги Поли в сопровождении женского хора идёт под проникновенную лирическую песню. Ария Настасьи чарует свободным распевом в духе протяжной русской песни. Народно-песенный характер музыки, однако, никак не вяжется с эклектичной эстетикой современного сценического действия. Видимо, поэтому звучание оркестра под управлением Даниэле Рустиони казалось недостаточно красочным и не вполне рельефным. Сумбурность представления, насыщение его многообразием загадочных и нелепых зарисовок негативно сказалось не только на вокальной, но и на музыкальной трактовке партитуры. Однако во второй части представления (3 и 4 акты) оркестр и маэстро все-таки сумели преодолеть режиссерские нагромождения, и гениальная музыка Чайковского обрела полнокровное звучание. Дирижеру удалось выйти на хорошие темпы и достичь должных оркестровых контрастов и нюансов, особенно богатых в народных сценах.
Лучших комплиментов заслуживает хор театра под управлением хормейстера Кристофа Хейла. Несмотря на отсутствие хора в сценическом действии, его масштабное, полифоническое звучание доставляло наслаждение и прославляло значимость русского народа в опере Чайковского «Чародейка».
P.S. «Чародейку», поставленную в Лионской опере, можно услышать 14 апреля в 20 часов на радиоканале France Musique.
Crédit photos : Stofleth